Общая схема исследования самоорганизации и самоуправления при эксплуатации общих ресурсов

В главе 1 я проанализировала три модели, используемые для обоснования рекомендаций в сфере экономической политики, согласно которым государственные органы должны навязывать свои решения индивидам, которые совместно используют общие ресурсы (ОР).
Речь шла о концепции «трагедии общин» Хардина, о теоретико-игровой концепции «дилемма заключенного» и о теории логики коллективного действия Мансура Олсона. Все эти три модели приводят к утверждению о будущем, согласно которому те, кто используют подобные ресурсы, не станут сотрудничать для получения общих выгод. Более того, [во всех этих моделях] индивиды представлены как субъекты, находящиеся в плену статичной ситуации и неспособные изменить правила, воздействующие на их стимулы.
Случаи, разобранные в настоящем исследовании, представляют собой выборку из бесконечного числа относительно мелких ресурсных систем общего использования (самая крупная из них предполагает наличие примерно 15 тыс. присваивателей), каждая из которых размещается в пределах одной страны. Во всех этих случаях экономический доход присваивателей сильнейшим образом зависит от потока дефицитных ресурсных единиц. Все эти примеры показывают, что в этих условиях некоторые (но не все) присваиватели при построении своих собственных институтов справляются с проблемами, которые, как считается, порождают дилеммы второго порядка. Для достижения этих результатов спроектированы и построены разнообразные институциональные установления. В Аликанте и в трех калифорнийских бассейнах грунтовых вод были придуманы торгуемые права доступа к потоку ресурсных единиц, однако сама ресурсная система в этих примерах не превратилась в объект частной собственности. В случае калифорнийских бассейнов грунтовых вод и в ряде других случаев в качестве инструментов были также использованы некоторые публично-правовые институты, однако ни для одного успешного случая не было характерно решение проблем на базе регулирования, осуществляемого централизованным образом каким-либо [государственным] агентством.
Большинство успешно реализованных институциональных установлений представляли собой богатую смесь государственных и частных инструментальных средств. Если бы настоящее исследование не сделало бы ничего более, кроме того, что разбило бы вдребезги убежденность многих специалистов по экономической политике в том, что единственный способ решения проблемы ОР сводится к к тому, что внешняя власть навязывает либо режим частной собственности, либо централизованное регулирование, то одна главная задача этого исследования была бы решена. В то же время мы вовсе не утверждаем, что институциональные системы, создаваемые присваивателями, а не внешними властями, будут обеспечивать достижение оптимальных результатов. Пример водопользования в Мохаве со всей ясностью показывает, что это не так. Однако жизнеспособность институтов, обеспечивающих долгосрочное использование ресурсных систем, иллюстрируемое материалами главы 3 и главы 4, а также живучесть самих этих ресурсных систем свидетельствуют, что по крайней мере на каком-то минимальном уровне эти решения достижимы.
Настоящее исследование имеет еще одну, дополнительную цель, помимо задачи опровергнуть априорное предположение
о том, что вмешательство внешних органов власти представляет собой панацею для решения, возможно, мелких, но запутанных и с трудом поддающихся решению проблем с высокой степенью неопределенности. То, что мир сложнее, чем он представлен в упомянутых выше трех моделях, очевидно, и это наблюдение само по себе не представляет большой ценности. Что по-настоящему необходимо, так это дальнейшее развитие теории, способной помочь идентифицировать переменные, которые необходимо включать в состав определяющих факторов при любой попытке понять и предсказать, в каких случаях присваиватели, эксплуатирующие небольшие по масштабам ОР, имеют больше шансов на то, что им удастся самоорганизоваться и начать эффективно управлять своими ОР, а когда больше шансов имеется на то, что они потерпят неудачу. Такое развитие теории не только должно обеспечить исследователей более адекватными моделями, но также — что более важно — должно предоставить нам общую структуру, или схему (framework), которая будет способствовать фокусированию анализа на значимых переменных, которые требуется принимать во внимание входе эмпирической и теоретической работы.
Модели, описанные в главе 1, не являются неверными. Когда условия реального мира приближаются к условиям, которые фигурируют в этих моделях в качестве допущений, можно ожидать, что наблюдаемое поведение и исходы должны быть близкими к тому поведению и исходам, которые предсказываются моделью. Когда индивиды с высокими ставками дисконтирования и с низким взаимным доверием действуют независимо, не имея возможности вступить в коммуникацию, связать себя жесткими обязательствами и создать механизмы надзора за их соблюдением и принуждения к их исполнению, они вряд ли в состоянии совместно выбрать стратегию получения взаимной выгоды, если только такая стратегия случайно не окажется совпадающей с их стратегией доминирования. Коллпас промысла сардин в Тихом океане (описание этого случая см. в [McHugh, 1972]) и китобой-ного промысла по добыче кита-полосатика в Атлантике ввиду исчезновения этих видов из данных ареалов представляют собой трагические свидетельства способности этих моделей предсказывать исходы эмпирических ситуаций, приближенных по своим условиям к допущениям этих теоретикоигровых моделей.
Не будучи неверными, эти модели являются специальными случаями, опирающимися не на общие теории, а на предполо-жения о наличии весьма специфических условий. Они могут служить для эффективного прогнозирования стратегий и исходов, но только в рамках фиксированных условий, близких к начальным условиям требуемых этих моделей. При выходе за эти пределы данные модели не могут служить средством прогнозирования стратегий и исходов. Они работают при прогнозировании крупномасштабных ОР-ситуаций, в которых отсутствует коммуникация, все действуют независимо, никто не обращает внимания на последствия действий других участников, а издержки, связанные с попытками изменить логическую структуру ситуации, запретительно высоки.
Эти модели значительно менее полезны, если исследователь имеет дело с некрупными ОР, такими, которые находятся в фокусе нашего исследования. В процессе использования некрупных систем общих ресурсов индивиды постоянно коммуницируют и взаи-модействуют друг с другом в локализованной природной среде. Таким образом, для них вполне возможным становится обнаружение тех, кому можно доверять, понимание последствий, которые их действия имеют для них самих и для общей ресурсной системы, и самоорганизация, с тем чтобы научиться получать совместную выгоду, избегая общего ущерба. Когда люди живут в таких условиях достаточно долго и если они выработали разделяемые всеми нормы поведения, основанные на принципе взаимной ответственности, у них появляется социальный капитал, с помощью которого они могут создать институциональные установления, позволяющие решить дилеммы ОР
Когда модели, опирающиеся на гипотезы отсутствия ком-муникации и способности изменять правила, применяют к малым ОР, это выходит за рамки их применимости. Такое использование моделей может принести больше вреда, чем пользы. Экономическая политика, основанная на концепции, согласно которой присваиватели ОР сами по себе беспомощны и должны принять навязанные им извне правила, способна уничтожить институциональный капитал, содержащий в себе накопленный за долгие годы практический опыт, как мы это видели на примере рыбацкого сообщества Новой Шотландии.
Вину за то, что эти модели используются не для узкого спектра ситуаций, а скорее метафорически, распространяясь на слишком широкий класс случаев, нельзя возлагать только на аналитиков, специализирующихся на мерах экономической политики, или на государственных служащих. В академическом сообществе увлечения и моды распространены так же, как и в любых других сообществах. В научной среде широко распространена склонность отдавать предпочтение компактным обозримым аналитическим моделям, с помощью которых можно получать однозначные прогнозы. Чтобы обеспечить управляемость и обозримость модели, теоретики должны упрощать предположения, лежащие в ее основе. Многие такие предположения эквивалентны фиксации параметров при переменных (таких как, например, количество информации, доступной для присваивателей или мера, в которой участники коммуницируют между собой) на уровне тех или иных констант (скажем, наличие полной информации для первой из указанны выше переменных или отсутствие коммуникации, т.е. нулевая мера, для второй). Поскольку модель, получающаяся в итоге, оказывается относительно простой, содержащей небольшое число «движущихся частей», некоторым она может показаться не специальной (каковой она является), а общей моделью. Однако кажущаяся простота модели не эквивалентна ее общности. Введение констант вместо переменных обычно не расширяет, а сужает прикладную применимость модели.
Далее, практическое применение моделей, в которых структура ситуации предполагается неизменной или экзогенно фиксированной, пусть и неоднократно повторяющейся, приводит к тому, что рекомендации в области экономической политики или администрирования сводятся к тому, что логическую и поведенческую структуру ситуации должна изменить некая внешняя по отношению к ситуации сила. Исследователь, пытающийся построить однозначный прогноз точки равновесия, должен зафиксировать некоторые переменные, положив их постоянными (и таким образом экзогенными), и при этом изучить поведение ограниченного числа эндогенных переменных, относительно которых предполагается, что они находятся под контролем лиц, находящихся внутри ситуации. Эти модели показывают нам, что будут делать индивиды в ситуациях, которые они не могут изменить. Мы не узнаем из этих моделей, что будут делать индивиды, имеющие возможности самостоятельно конструировать собственные институты, воздействовать на нормы, которых придерживаются, и влиять на выгоды, которую преследуют другие люди. Точно так же мы ничего не узнаем из этих моделей о том, каким образом способность новаторов создавать институты, которые могут обеспечить лучшие, а не худшие исходы _ лучшие как для них самих, так и для других, — могли бы быть расширены или, наоборот, сужены под действием институциональных структур окружающего политического режи-ма. Конечно, можно было бы разработать модели, описывающие процесс, посредством которого индивиды со временем могут изменять структуру ситуации, однако сегодня анализ экономической политики основывается на статических моделях, описанных в главе 1.
Всестороннее изучение случаев, подобных изложенным в нашей книге, может способствовать повышению оценки того мастерства, с которым люди формируют и переформатируют те самые ситуации, в рамках которых принимаются индивидуальные решения и в рамках которых люди сталкиваются с последствиями повседневных действий. Присваиватели ресурсных единиц из Аланьи, Тёрбеля, из японских горных деревень, из Валенсии, Северный Илокос, из зон калифорнийских бассейнов грунтовых вод, даже из Мавелле — все они трансформировали свои структуры, перейдя от ситуаций, в которых множество неорганизованных индивидов принимали независимые решения об использовании ОР, решения, дававшие им возможность присваивать редкие ресурсные единицы, к ситуациям, в которых множество организованных индивидов принимают последовательные и взаимно согласованные решения, учитывающие обратную связь. Крестьяне Шри-Ланки, жившие в крупных поселениях, были не в состоянии трансформировать структуру своих стимулов, пока внешние агенты не инициировали изменения в малых группах, которые в конце концов стали основой более масштабных институциональных изменений. Рыбаки Бодрума и Измирского залива продолжают иметь дело с исчерпанием ренты, — похоже, им не удастся изменить структуру ситуации, в которой они находятся. Операторы, выкачивающие с помощью своих скважин воду из подземных бассейнов в районе пустыни Мохаве, могут исчерпать ресурсы этих бассейнов досуха, несмотря на то что они старались решить проблему присвоения и проблему обеспечения предложения, разработав новые институты, которые, однако, оказались непригодными.
<< | >>
Источник: Элинор Остром. Управляя общим: эволюция институтов коллективной деятельности. 2011

Еще по теме Общая схема исследования самоорганизации и самоуправления при эксплуатации общих ресурсов:

  1. Исследование самоорганизации и самоуправления в системах ор существующих длительное время
  2. Общая схема исследования институционального выбора
  3. Институциональный подход к самоорганизации и самоуправлению в ор-ситуациях
  4. Комментарии об общих аспектах исследований Кейнса
  5. ОБЩАЯ СХЕМА МИРОВОЙ ИСТОРИИ
  6. Глава 1. Общая схема электронного магазина
  7. Категории и общая классификация научных исследований
  8. Общая классификация методов исследований
  9. Общая характеристика производственных ресурсов промышленного предприятия
  10. Инвестиционные потребности проекта и источники их финансирования. Общая схема инвестиционного анализа
  11. Рис. 6.2. Схема финансирования при безналоговой модели
  12. Исследование управления человеческими ресурсами. Введение в проблему
  13. Поведение при ограниченности ресурсов
  14. Качественные выборочные исследования при аудите
  15. СИНЕРГЕТИКА1 — ТЕОРИЯ САМООРГАНИЗАЦИИ
  16. Схема включения в себестоимость переменных и прямых постоянных затрат и отражения полного и неполного маржинального дохода по ЦФО при развитом директ-костинге
  17. 4.3 . Исследования при планировании Интернет-стратегии компании