Второй, альтернативный, подход

отталкивается от постулата о том, что развитие новой технологической реальности и сферы отношений в рамках ИКТ-среды требует соответствующих новаций в системе международного права, в том числе разработки юридически обязательных международных норм, специально регулирующих эту специфическую сферу в дополнение к уже имеющимся международно-правовым механизмам, включая jus in bello и jus ad bellum. В качестве возможного решения предлагается принятие глобального договора или конвенции ООН, которые закрепляли бы международный запрет на использование ИКТ в военно-политических целях.

Практическую попытку разработки такого документа предприняла Российская Федерация как основной идеолог и сторонник описываемого подхода. 21–22 сентября 2011 г. на второй международной встрече высоких представителей, курирующих вопросы безопасности, в г. Екатеринбурге Россия представила концепцию конвенции ООН об обеспечении МИБ, вобравшую в себя основные принципы российского подхода, в том числе в части противодействия военно-политическим угрозам в сфере использования ИКТ.

В статье 6 документа перечислены основные меры предотвращения военных конфликтов в информационном пространстве, в число которых входит:

• воздержание от угрозы силой или ее применения против информационного пространства других государств;

• приложение государствами всех возможных усилий для предотвращения использования его территории или инфраструктуры для неправомерных действий с использованием ИКТ;

• отказ от разработки и принятия доктрин, способных спровоцировать возрастание угроз в информационном пространстве и возникновение «информационных войн»;

• принятие мер по ограничению распространения «информационного оружия» и технологий его создания.

Несмотря на то что документ встретил в целом критическую реакцию со стороны западных партнеров России как «претендующий на ограничение прав и свобод в Интернете», изложенные в нем меры остаются ориентиром для России и других сторонников подхода, предполагающего реформирование международного права для нейтрализации угроз в сфере использования ИКТ в военно-политических целях.

Сопоставление этих двух подходов позволяет сформулировать ряд выводов:

• Несмотря на теоретическую возможность выработки корректных интерпретаций норм международного гуманитарного права и права вооруженного конфликта в рамках подхода экспертов НАТО, данный подход не несет предложений по выработке системы международных «сдержек» развязывания и ведения конфликтов в сфере ИКТ.

Как уже отмечалось выше, в сфере ИКТ отсутствуют либо только складываются механизмы, аналогичные тем, что играют роль страховочной сетки и дополняют МГП в части сдерживания и предотвращения конфликтов с использованием кинетических вооружений (меры доверия, договоры об ограничении/запрещении отдельных типов оружия, механизмы контроля, мониторинга, верификации, соглашения о разоружении и т. д.). Степень эффективности и достаточности норм МГП в части обеспечения мира и предотвращения конфликтов не может оцениваться без учета этих «специальных» механизмов, так как режим международной безопасности представляет собой комплексную систему. Вследствие этого продвижение и принятие на государственном уровне политики адаптации норм МГП в отсутствие инициатив и норм, «адресно» регулирующих сферу ИКТ, представляется преждевременным и несущим риски для международной безопасности.

• Вместе с тем нормы МГП представляют собой необходимый элемент перспективного режима глобальной безопасности в сфере использования ИКТ. Однако проработка возможностей их корректной адаптации видится целесообразной в рамках не региональных, а глобальных форматов. Опасность параллельной проработки этих вопросов в рамках различных региональных структур и форматов состоит в перспективе появления множественных интерпретаций единых и глобальных норм МГП. Практическим следствием такой коллизии могут стать расходящиеся трактовки сторонами конфликта правомерности действий друг друга, что может повлечь неконтролируемую эскалацию конфликта и его выход за рамки сферы ИКТ.

• Движение вперед в части выработки и принятия глобального юридически обязательного международного документа, направленного на запрещение и предотвращение использования ИКТ в военно-политических целях, видится затруднительным в условиях нерешенной проблемы атрибуции. Обсуждение норм, которые не могут быть подкреплены механизмами верификации, контроля и установления ответственности за их нарушение, может способствовать девальвации идеи такого документа в глазах его потенциальных участников. Однако по мере продвижения в решении проблемы атрибуции задача разработки и принятия подобного документа будет становиться все более актуальной.

<< | >>
Источник: Олег Демидов. Глобальное управление Интернетом и безопасность в сфере использования ИКТ: Ключевые вызовы для мирового сообщества. 2016

Еще по теме Второй, альтернативный, подход:

  1. Несколько альтернативных подходов
  2. Альтернативные подходы к экономической оценке инвестиций
  3. Альтернативные подходы к оценке инвестиционных проектов
  4. Второй подход
  5. Подход второй технический
  6. 4. Подходы к оценке стоимости объектов недвижимости. Затратный подход
  7. Альтернативные и независимые проекты
  8. Альтернативные логистические стратегии
  9. Альтернативная история
  10. Альтернативные инвестиции и граница эффективности
  11. Сектор нетрадиционных и альтернативных видов энергии
  12. Альтернативные модели профессионального обучения
  13. Альтернативные методы построения деревьев
  14. Альтернативное решение
  15. АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ЦЕНТРЫ
  16. Путь первый: Рассмотреть альтернативные отрасли
  17. Компенсация — альтернативная минимизация
  18. Альтернативные механизмы достижения баланса во внешних расчетах
  19. Пример Д. Альтернативные стратегии распределения
  20. Альтернативные варианты масштаба цен