Первый подход

предполагает признание достаточности существующего корпуса норм международного права (прежде всего jus in bello и jus ad bellum) для регулирования сферы использования ИКТ в военно-политических целях при условии их адекватной интерпретации и адаптации к специфике ИКТ-среды. Из этой посылки вытекает отсутствие потребности в разработке и принятии каких-либо новых юридически обязательных международных актов, регулирующих данную проблематику.

Этот подход получил развитие в рамках проекта группы экспертов из стран – членов НАТО, проведенный в 2011–2013 гг. на площадке Таллинского центра киберобороны (CCD COE). Его результатом стало так называемое Таллинское руководство по применению международного права в условиях конфликтов в киберпространстве, опубликованное весной 2013 г. Несмотря на изначально неофициальный характер документа, решения, принятые на саммите НАТО в Уэльсе в 2014 г., фактически следуют некоторым из ключевых выводов авторов документа и, таким образом, означают институционализацию наработок экспертов CCD COE в рамках политики крупнейшего в мире военно-политического блока.

В числе ключевых заключений авторов Таллинского руководства:

• признание ответственности государств за действия акторов-посредников в киберпространстве;

• применимость международно-правового запрета на применение силы к кибероперациям. В отсутствие разработанного определения критерием использования силы признается «нанесение ущерба здоровью людей или повреждение имущества» в результате кибероперации;

• осуществление государством киберопераций в чьих-либо сетях делает это государство легитимной целью для ответных операций в его сетях;

• государство, которое стало жертвой «вооруженного нападения с использованием ИКТ», имеет право ответить применением силы, будь то средства ИКТ или кинетические вооружения. Вооруженным нападением считаются действия, которые повлекли гибель людей или масштабное разрушение имущества;

• конфликт, который разворачивается исключительно в среде ИКТ, при определенных условиях может быть признан вооруженным конфликтом в терминологии международного гуманитарного права (МГП). Соответственно, отдельные категории его участников приобретают статус комбатантов;

• если гражданские лица участвуют в осуществлении киберопераций во время конфликта с использованием ИКТ, они становятся легитимными целями для ответных мер.

Ключевая особенность данного подхода состоит в том, что он не имеет цели запретить использование ИКТ в военно-политических целях, а лишь помогает выработать правила такой деятельности в соответствии с корпусом норм МГП и права вооруженного конфликта.

С 2014 г. экспертами Центра CCD COE готовится второе издание Таллинского руководства, которое планируется опубликовать в 2016 г. Новая версия документа в том числе должна учесть опыт дискуссий вокруг первого издания руководства и дать более четкие ответы на те вопросы, которые авторы документа не смогли разрешить в 2013 г. В числе таких вопросов – возможность применения и адаптации международного гуманитарного права и других международно-правовых норм в условиях мирного времени. Речь идет о ситуациях, когда кибероперации и другие инциденты с использованием ИКТ не пересекают порога применения силы и тем более вооруженного нападения по смыслу Устава ООН, однако все же могут нуждаться в той или иной международно-правовой квалификации. Один из гипотетических, но реалистичных примеров такого инцидента – кибератака, инициированная государством, актором-посредником или негосударственным актором, которая вызывает критический сбой в работе крупной международной биржи или национальной банковской системы, например за счет необратимого повреждения или удаления электронных данных о совершенных финансовых транзакциях. Человеческие жертвы и физическое разрушение инфраструктуры в этом примере отсутствуют, но экономике пострадавшего государства (или глобальной финансовой системы в целом) может быть нанесен серьезный ущерб. Например, в случае успешной атаки на Нью-Йоркскую фондовую биржу банковская система и экономика США могут потерять многие миллиарды, если не триллионы долларов. Как квалифицировать подобную атаку, наносящую прямой ущерб национальным интересам США? В первом издании Таллинского руководства эксперты пришли к тому, что подобные атаки не могут считаться применением силы по смыслу Устава ООН. Новый документ Таллинского центра НАТО должен дать более подробный ответ на этот и многие другие подобные вопросы. Стоит также отметить, что добровольная политическая норма о ненападении на объекты финансового, в том числе банковского, сектора, в 2014 г. была внесена в повестку обсуждений ГПЭ ООН 4-го созыва по инициативе российских представителей, однако в итоговый доклад группы так и не вошла.

<< | >>
Источник: Олег Демидов. Глобальное управление Интернетом и безопасность в сфере использования ИКТ: Ключевые вызовы для мирового сообщества. 2016

Еще по теме Первый подход:

  1. Первый подход
  2. Подход первый. фундаментальный
  3. 4. Подходы к оценке стоимости объектов недвижимости. Затратный подход
  4. Первый шаг
  5. Первый шаг
  6. Первый шаг
  7. Первый уровень исследования
  8. Первый шаг
  9. Как тревожен первый день
  10. Напишите первый черновик
  11. Первый постулат.
  12. День первый
  13. День первый
  14. Первый этап
  15. ПРИНЦИП ПЕРВЫЙ: